Муки духовного поиска

Существует одна очень щекотливая тема, затрагивать которую стало чем-то вроде дурного тона, поскольку никакими конструктивными выводами такие обсуждения обычно не заканчиваются. Между тем, речь идёт о довольно распространённом явлении, значение которого для развития народа и государства сложно переоценить. Язычество, а точнее неоязычество, набирает сегодня огромную популярность среди молодёжи, а пересекаясь с неонацизмом становится поводом для обоснованных  опасений всех остальных мировоззренческих систем, за исключением, пожалуй, самых далеких от понимания происходящих процессов офисных растений. На этом фоне, откровенным безумием выглядит та стратегия, которую выбрали для себя те люди, которых с некоторой натяжкой можно назвать «рупорами пропаганды» главной противоборствующей силы язычества — Православия. Сегодня наш разговор будет посвящен извечным вопросам «Кто виноват?» и «Что делать?».

Тезисом, на котором пошла новая волна обсуждения и осуждения псевдоязыческих движений стал тот факт, что язычники, якобы, были главным двигателем Майдана, исполнявшим роль грубой физической силы. Конечно, отрицать наличие людей этих взглядов на Майдане и их дальнейшее добровольное участие в карательной операции на Донбассе глупо. Однако, утверждение, что они были основной силой, может быть либо следствием недоинформированности, либо же откровенной ложью, направленной на то, чтобы посеять вражду. Те же, кто реально разбираются в ситуации и были свидетелями происходивших на Украине событий, знают, что главной движущей силой, если говорить о религиозной принадлежности, были католики-униаты, горячо поддерживаемые Ватиканом. Тем самым Ватиканом, с которым активно выстраивает дружбу официальный аппарат РПЦ во главе с временно исполняющим обязанности патриарха Кириллом Гундяевым.

Ситуация ухудшается тем, что многие сторонники псевдоязыческой традиции действительно не выражают бурного восторга от происходящего в стране и регулярно засвечиваются на разного рода протестных акциях, а также в своей информационной деятельности демонстрируют серьёзные оппозиционные настроения. «Поблагодарить» за это можно в первую очередь тех карманных лидеров, которые в силу специфики оперативной деятельности спецслужб до сих пор разгуливают на свободе и отравляют сознание молодёжи своими канализирующими установками, портя репутацию тем, кто, будучи язычником, ни о каких антигосударственных действиях никогда даже не помышлял. Если кто-то будет говорить, что такого не бывает, давайте вспомним одно из известнейших и наиболее яро ненавидимых противником подразделений — ДШРГ «Русич». Будучи сформированным почти полностью из язычников-националистов, эти ребята не в пример оставшимся по своим домам диванным патриотам, поехали воевать за Русский Мир, уничтожая, среди прочего, своих единоверцев.

По самой своей сути национализм предполагает любовь к своему Отечеству и является неотъемлемым атрибутом истинного воинского служения. Но почему в подавляющем большинстве националисты тянуться не к исторически доказавшему свою эффективность Православию, а именно к язычеству, значительная часть атрибутики которого является чистой воды новоделом и мистификацией? Ответ на этот вопрос должен быть предельно ясен любому человеку, знающему толк в рыночной экономике. Всё дело, как бы странно это не звучало при обсуждении вопросов Веры, в маркетинге. Посмотрев на проблему под этим углом зрения, можно понять, почему, например, вопреки всякой логике, называющие себя русскими националистами люди испытывают огромный пиетет к Третьему Рейху, напрочь забывая о куда более великом и духовно близком Третьем Риме. Культ силы, военная дисциплина, любовь к своей нации, романтизированный образ войны за высшие идеалы — всё это привлекает наиболее пассионарную часть населения, которая, по Гумилёву, является стержнем развития народа. И все эти привлекательные вещи молодой пассионарий может найти как раз в неоязыческой среде. Физическая опасность такого положения вещей в том, что кроме откровенных городских сумасшедших и мошенников, гуру от язычества на поверку частенько оказывается умелым манипулятором, отрабатывающим свою зарплату в интересах спецслужб, зачастую, заграничного происхождения. Соответственно, есть огромный риск того, что наиболее полезные с точки зрения этногенеза кадры окажутся в руках противника и в решающий момент будут использованы против своего народа и государства. Духовная опасность еще более очевидна — увлеченные ошибочным учением люди под предводительством своих псевдогуру погружаются в пучину мракобесия, попутно не забывая обвинять в нём Православие. Что самое неприятное, обвинения эти вполне заслуженны.

Как уже было сказано, энергичным пассионариям импонирует всяческий милитаризм и высокие идеалы. Язычество кажется им неизмеримо привлекательнее в силу очевидности присутствия названных компонентов на фоне распространённого заблуждения о миролюбости христианского учения. Обвинять людей, выбравших язычество в непонимании очевидных вещей было бы лицемерием, ведь сегодня, к огромному сожалению, далеко не все православные священники могут внятно объяснить, во что именно они верят. Ситуация с фактическим захватом власти в административном аппарате РПЦ еретиками-экуменистами является нагляднейшим тому доказательством. Еще хуже дело обстоит с «рекламой». Если неоязычество в своём идеализированном образе, развиваемом действительно талантливыми людьми, встречается в информационном поле довольно часто, то привлекательные образы истинного Православия — явление чрезвычайно редкое. Чувство эстетизма, характерное для любого человека, поднявшегося в своём развитии выше животного, культивируется в языческом мире очень активно, даже среди тех людей, кто к его духовной стороне никакого отношения не имеет. А вот в Православной традиции, которая могла бы дать в этом плане намного больше, визуальной составляющей не особо заботятся. Работники РПЦ, занятые дискредитацией себя и Церкви посредством коррупционных скандалов, о миссионерской деятельности, похоже, даже не задумываются вовсе, а настоящие священники в силу возраста и других объективных причин, не способны самостоятельно коренным образом изменить ситуацию. И язычество, особенно заказное, являющееся частью западных сект агентов-влияния, этим активно пользуется.

В сложившихся обстоятельствах, попытки некоторых представителей Православной общественности объявить язычникам открытую войну является, мягко говоря, не очень хорошей идеей, к тому же опасно перекликающейся с понятием «раскачивать лодку». Если говорить чисто о физической стороне вопроса, перевес пассионарных сил явно не в пользу тех, кто на четвёртом году горячей войны за русский народ соизволил заметить проблему религиозного фактора в ней. Да и в духовном смысле, предательство Веры, коим является впадение в ересь экуменизма, является несоизмеримо большим грехом, чем язычество как таковое, а потому надеяться на чудо Божье тут не приходится. Вместо того, чтобы стремиться к мнимому мученичеству, пикируясь со здоровой молодёжью, находящейся под впечатлением от привлекательной и понятной обёрткой язычества, нужно сначала самому разобраться в собственной Вере, а затем понятным языком объяснить её прелесть своему оппоненту. В абсолютном большинстве случаев после такой беседы человек, считавший себя язычником, задаёт лишь один вопрос — «Что я могу сделать для того, чтобы Православная Вера стала столь же великой на практике, сколь велика она в своём догматическом обосновании?». Конечно, звучит это несколько иначе, но смысл именно такой. Вся Русь когда-то была языческой, но Православие победило и несёт в себе такой духовный потенциал, который способен быть фундаментом цивилизации еще многие тысячи лет Мы очень хорошо знаем это, ведь многие из нас когда-то сами были язычниками. Однако информационное поле русской Православной общины помогла нам преодолеть этот кризис Веры и сделать еще один шаг к Абсолюту. И если аппарат Гундяева решил вместо исполнения своих прямых обязанностей заняться разжиганием межконфессиональной розни (к пущей радости еретиков-католиков), благовествованием будем заниматься мы. Не стоит забывать о славной традиции, проверенной веками: язычникам — благовестие, а еретикам — костёр.


Поддержите проект